in

Организаторы Non/fiction отказались презентовать книгу Киры Ярмыш. Но найти ее там можно

Книга Киры Ярмыш "Невероятные происшествия в женской камере №3" на одном из стендов на книжной ярмарке Non/fictio№22. Фото: Кирилл Зыков / Агентство «Москва»

24 марта в Москве начала работу ярмарка Non/fiction. За пару дней до этого без объяснения причин из ее программы убрали презентацию романа Киры Ярмыш «Невероятные происшествия в камере №3». Ярмыш считает, что мотивы у этого действия политические, ведь она является пресс-секретарем Алексея Навального. Как на исключение книги отреагировали представители книжной индустрии, культурной сферы и известные журналисты — в материале «МБХ медиа». 

Ярмарка Non/fiction — крупнейшее ежегодное событие для литературного мира в стране. Она включает в себя культурную программу, в которую входят встречи с писателями, презентации книг, лекции и семинары. Кроме того, на ярмарке обычно объявляют лауреатов нескольких литературных премий, например первой в СССР неподцензурной премии Андрея Белого. В прошлом году из-за пандемии коронавируса ярмарка прошла онлайн. Нынешнее мероприятие уже омрачила «цензурная» новость об исключении из программы книги Ярмыш, в которой рассказывается история девушки Ани, попавшей в спецприемник за участие в протестном митинге. 

«Когда осенью вышла моя книга “Невероятные происшествия в женской камере №3”, издательство Corpus предложило мне поучаствовать в книжной ярмарке Non/fiction. Я согласилась, — рассказала предысторию инцидента сама автор книги в своем фейсбуке. — Ярмарку тогда из-за коронавируса перенесли на конец марта, и у меня там должна была состояться презентация. При этом издательство договорилось о самой большой площадке для меня, потому что мы ожидали, что людей придет много».

Кира Ярмыш
Кира Ярмыш. Фото: личный архив

В начале февраля Киру Ярмыш отправили под домашний арест по «санитарному делу». На прошлой неделе арест продлили, что сделало невозможным ее личное присутствие на ярмарке. Но, как оказалось, и сама ярмарка от Ярмыш решила откреститься — презентацию книги из программы убрали. Главный редактор издательства Corpus, которое выпустило книгу, Варвара Горностаева рассказала «МБХ медиа», что вопрос о снятии с презентации книги даже не проходил через экспертный совет ярмарки. «Все на уровне телефонных разговоров одного начальника с другим начальником», — сказала Горностаева.

«То есть самая известная и уважаемая книжная ярмарка в стране сняла мое выступление по политическим мотивам. Потому что я — пресс-секретарь Навального. При этом им, очевидно, стыдно в этом признаться, поэтому они постарались сделать это тайно», — отреагировала на это Ярмыш. Решение организаторов ярмарки она назвала «подлым и трусливым». «Цензура и самоцензура — одно из худших проявления авторитаризма», — добавила она.

На ситуацию с книгой Ярмыштут же отреагировала культурная общественность. Литературный критик Галина Юзефович назвала «очень плохим решением» как сам отказ в презентации книги, так и его мотивацию — нежелание «смешивать литературу и политику». 

«Так вот, именно этим решением вы их и связали неразрывно, показав, что даже вас — людей, которые просто в силу выбранной сферы деятельности должны быть всегда, в любой ситуации на стороне литературы, — книга волнует несоизмеримо меньше, чем персоналия ее автора», — отметила Юзефович. Самым неприятным в этой истории она назвала «радостную готовность» Non/fiction «превентивно прогнуться под не данную еще никем команду, упредить волю начальства самостоятельно и на всякий случай». «Ну, и вишенкой на торте — презентация книги Сергея Шойгу, — добавила Юзефович, — меж тем, пройдет по расписанию. Казалось бы, при чем тут политика? Правильно — вообще ни при чем». Литератор Борис Акунин написал в адрес организаторов ярмарки: «Все понимаю и сочувствую трудности стоящего перед вами выбора. Но это именно выбор, после которого или уважать себя — или перестать».

Некоторые участники ярмарки уже отказались от выступления. Например, на мероприятии должен был выступить литературовед Олег Лекманов, чья книга об Ирине Одоевцевой тоже участвует в ярмарке. Накануне он написал в фейсбуке пост, в котором сообщил о том, что от выступления отказывается. «Прошу прощения у всех, кто хотел прийти меня послушать, а главное, у любимой редакции Елены Шубиной, но, увы, по-другому поступить не могу», — написал Лекманов. 

Два пути

Многие в своем решении литературоведа поддержали. Но нашлись и те, кто выступил с альтернативным предложением. Политолог, филолог и журналист Кирилл Рогов, напротив, предложил идти на ярмарку и говорить там о книге Киры Ярмыш, потому что в случае бойкота «ярмарка приобретет ту стерильность, о которой как раз и мечтали бы многие». 

Политолог Кирилл Рогов
Политолог Кирилл Рогов. Фото: Николай Солодников / Facebook

«Это должны быть больше, чем формальные две фразы, — написал Рогов. — В результате книга Киры и ее преследование станет центральным событием ярмарки. Мне кажется нам, Кире и людям доброй воли нужно больше публичности, а не меньше публичности, и если организаторы ярмарки решили ее политизировать, то так тому и быть».

Эту инициативу поддержала журналист и писательница Анна Старобинец. Из вариантов, предложенных Лекмановым и Роговым, она выбрала второй. «Я глубоко уважаю тех, кто взял сейчас самоотвод. Но лично мне последний вариант ближе», — отметила Старобринец. Она предложила всем желающим прийти 25 марта на ее презентацию детских книг, «в амфитеатр, который теперь запомнится тем, что там запретили говорить о тюремном романе Киры Ярмыш». Директор по развитию благотворительного фонда «Дом с маяком» Лида Мониава тоже поддержала эту идею. Она написала, что приходить заявленным спикерам нужно, причем взять с собой по книге Киры Ярмыш.

«Мне кажется (специально сопровождаю эти слова оговоркой — мне кажется — допускаю, что я не прав), что эффект от нашего прихода на ярмарку и говорения там о книге Ярмыш может быть почти нулевым, — высказался по этому поводу автор идеи с бойкотом Лекманов. — Ну, типа, варитесь в своем бульоне, бухтите про что угодно, главное, чтобы наружу не вышло. Многократно опробованная тактика. А вот если бы многие отказались, могло бы, по-моему, по-другому выйти». Лекманов при этом добавил, что тех, кто все же пойдет на ярмарку и будет говорить там о Ярмыш, он тем не менее не осуждает. 

Журналист Зоя Светова предложила более радикальную форму поведения, и вместе с тем практически не реализуемую. По ее мнению, единственным выходом из ситуации был бы бойкот издательств, их отказ от участия в ярмарке. «Это нанесло бы ярмарке существенный урон, ведь ее владельцы хорошо зарабатывают на ярмарке. Но для издательств это невозможно по коммерческим соображениям. И руководство ярмарки этим пользуется и допускает цензуру. И в этом засада. Конечно, я не издатель и не имею права никого призывать быть героем. Но другого правильного выхода из этой ситуации нет», — отметила Светова. 

Книге быть

За день до начала ярмарки искусствовед Ильдар Галеев написал на своей странице в фейсбуке, что у него есть другая идея. Он решил выставить книгу Киры Ярмыш на своем стенде и посоветовал другим участникам поступить так же. На ярмарке Галеев представляет 10 томов дневников народовольца Ивана Ювачева — отца Даниила Хармса. В первый же день ярмарки, 24 марта, Галеев исполнил свое обещание и выставил книгу. Его стенд С-13. 

Искусствовед Ильдар Галеев
Искусствовед Ильдар Галеев. Фото: Андрей Никеричев / Агентство «Москва»

«В шаге организаторов ограничить доступ к книге Киры Ярмыш зрителю я усматриваю демонстрацию силы. А что этому можно противопоставить? Только такую же демонстрацию. Поэтому я подумал, что если люди не могут познакомиться с книгой из-за того, что с ее презентацией в форме наличия на стенде [у организаторов] возникли проблемы, то я предоставлю для этого свой стенд», — сказал «МБХ медиа» Ильдар Галеев. 

Еще одной причиной, по которой решил выставить книгу, он назвал как раз работу над дневниками Ювачева. «Он народоволец, отсидел десятки лет в Петропавловской крепости, потом его сослали на каторгу, потому что он смел иметь иное мнение. Такое инакомыслие, — сказал Галеев. — И у меня вдруг возникло ощущение, что конец XIX века и весь XX век опять правят бал в нашей стране сейчас, в XXI веке. Со всеми их замшелыми представлениями о том, что можно что-то ограничивать, запрещать, не пущать и заставлять людей делать так, как им хочется».

Галеев несколько разочарован, что другие участники выставки не последовали его примеру. «Иду по стендам, книг больше ни у кого не вижу, — сказал он. — Одни только разговоры и рассуждения — является ли эта книга все-таки художественным произведением или это какой-то репортажный, спекулятивный опус».

По словам Ильдара Галеева, пока никаких претензий от организаторов выставки или кого-либо еще из-за книги Ярмыш ему не поступало.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Судно "Роснефть"

«Роснефть» потребовала от «Дождя» удалить новость о проекте компании в Арктике

Алексей Навальный

Леонид Волков рассказал о резком ухудшении здоровья Навального в колонии