in

«Либо соглашаешься, либо будем тебя убивать». Режиссер Олег Сенцов о своем опыте «витаминной терапии»

Олег Сенцов в суде
Олег Сенцов в суде. Фото: Валерий Матыцин / ТАСС

«19 апреля Алексея Навального вывезли в тюремную больницу и с согласия пациента ему назначена витаминная терапия», гласит сообщение ФСИН России. «МБХ медиа» поговорило с украинским кинорежиссером Олегом Сенцовым, который был осужден на 20 лет, держал голодовку 145 дней, требуя освобождения украинских политзаключенных, и в итоге был помилован президентом Путиным. Сенцов рассказал о своем опыте «витаминной терапии» и угрозах принудительным кормлением. 

Олег Сенцов был осужден по статье «терроризм», держал голодовку 145 дней и прекратил ее 5 октября 2018 года — как он сообщил в письме, переданном через адвоката, из-за угрозы принудительного кормления: «В связи с критическим состоянием моего здоровья, а также начавшимися патологическими изменениями во внутренних органах, в самое ближайшее время ко мне запланировано применение принудительного питания… Якобы я уже не в состоянии адекватно оценивать уровень здоровья и опасности мне грозящей. Насильственное кормление будет проводиться в рамках реанимационных мероприятий по спасению жизни пациента. В данных условиях я вынужден прекратить свою голодовку с завтрашнего дня, то есть с 6.10.18».

—  На какой день голодовки вам стали вводить питательные смеси? 

— По сегодняшним их внутренним раскладам (нормативным актам ФСИН — «МБХ медиа») принудительно кормить голодающего в колонии или тюрьме они не могут. А могут сдать в больницу, где есть врачи и есть реанимация, потому что речь идет об угрозе жизни. Приковывают к шконке, рядом стоит милиционер. Палата закрыта. 

— У вас была гражданская больница или тюремная? 

— Мне угрожали в вольной больнице. Туда меня вывозили. Тюремная только называется больницей, на самом деле ничем не отличается от лагеря — там никак не лечат, просто режим чуть послабее. Зеки рвутся на больничку, потому что там полегче, особенно по сравнению с режимными лагерями — как в Лабытнанги (где отбывал срок Сенцов — «МБХ медиа»),  так и там, где сейчас сидит Алексей, а до него сидел Костя Котов (речь о ИК-2 в Покрове — «МБХ медиа»). Зеки хотят сорваться в больничку, чтобы чуть-чуть вдохнуть воздуха. 

— В какой день голодовки вам начали давать питательные смеси? 

— Где-то через месяц после начала голодовки.

— Что они вам  сказали? «Давай соглашайся на смесь, иначе будем принудительно кормить?» 

— Да, да. Я отказывался два раза. На третий раз они мне угрожали: «Либо ты остаешься здесь, в больнице, и мы тебя будем принудительно кормить, либо ты начинаешь [принимать смесь]». То есть, «либо ты соглашаешься, либо мы тебя будем убивать». 

— С вас взяли согласие? Вы подписали бумагу? 

— Да, [на] добровольный прием. Какая-то бумага была. Один раз я их обманул, подписал, а потом приехал в колонию и отказался. Я как мог держался. Если ты отказываешь принимать смеси, то тебя привязывают к шконке, как буйного, вставляют зонд в нос и кормят через этот зонд.  Именно через нос, а не через рот, чтобы не мог прокусить. У них все отработано. Так этим питанием кормят через зонд людей, которые находятся без сознания. 

— Сообщается, что Навального отвезли в тюремную больницу и он дал согласие на  прием «витаминов». Речь идет о тех самых питательных смесях?

— Ну, бывает по-разному. Мне сначала, через неделю после начала голодовки поставили капельницу с глюкозой. Витамины мне не капали — их обычно не капают.  Глюкозу — потому что ее не хватает в организме. И что-то еще капали, много всего, просто не помню. 

— А уже через месяц вы стали получать питательные смеси? 

— Да, когда ситуация стала критической. И это было уже не первое предложение, я не сразу согласился. Кажется, на третий раз. 

Вот что рассказывал Сенцов в интервью «Новой газете» вскоре после освобождения в сентябре 2019 года: «145 дней — это трудно, даже с медицинским питанием. В конце голодовки я уже чувствовал, что, грубо говоря, подыхаю. По утрам у меня верхнее давление было 40, а нижнего не было. Физически привыкаешь, физически было трудно сначала и последний месяц. А морально трудно всегда, потому что ты чувствуешь, что тебя нету. Безволие и полное бессилие, месяц за месяцем. Врачи показывали мне медицинские документы — я уже начал разбираться в кардиограммах, в УЗИ — с сердцем была проблема, почки забитые, печень. Врачи говорят: «Все уже, если ты сейчас не начнешь, потом не сможешь больше есть». Я по медицинским показаниям видел, что все, одна нога уже «там» висит. Вопрос шел на дни».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

В Нижегородской области произошел взрыв газа в жилом доме

Посол США в России Джон Салливан

Посол США уедет из России на несколько недель