in

Автор фильма о дочери Юрия Дмитриева Александра Кононова: «Тема, которую ты не можешь обойти»

Кадр из видео «Сказка для Наташи» / YouTube

Мультфильм выпускницы Московской международной киношколы Александры Кононовой «Сказка для Наташи» попал в программу Артдокфеста «АртдокСеть»-2020. Этот фильм посвящен приемной дочери Юрия Дмитриева 15-летней Наташе. Александра Кононова познакомилась с ней в 2014-м году в экспедиции в Лодейном поле в Ленинградской области. По просьбе «МБХ медиа» Александра Кононова рассказывает, как и почему родилась идея снять фильм для Наташи, что для нее значит «дело Дмитриева» и как она и другие ученики Киношколы пытались привлечь к этому делу внимание общества. 

 

«Нужно искать баланс»

 —  Все началось с того, что я решила участвовать в летней школе документальной анимации при фестивале документального кино «Рудник» и послала туда заявку – эту историю про Наташу. Зачем я это сделала? Мне интересно соединение анимации с реальностью, с темами и фактурами, взятыми прямо из жизни. Я уже участвовала в нескольких подобных опытах, хотелось углубляться и продолжать это.

Чтобы подать заявку, нужно было придумать свой фильм, и я нашла самое важное для себя на тот момент. Наверное, когда решаешься делать какой-то фильм, так часто бывает – обнаруживается тема, которую ты не можешь обойти, которая режет, и одновременно ты готов с ней работать, потому что когда режет слишком сильно, нужно время, работать через силу невозможно.

История с Наташей оказалась подходящей, мне уже очень нужно было ее сделать. Преимущество документальной составляющей в том, что можно сохранить и значительную часть конкретики, довольно прямо говорить о том, что волнует. Но нужно искать баланс. Во-первых, нужно постоянно ходить то внутрь темы, внутрь себя, то максимально выходить наружу и видеть, что получается.

Я хотела сделать именно фильм, не просто излияние переживаний. Фильм, который смогут смотреть другие люди, которые смогут разделить со мной переживания и увидеть что-то важное для себя. Для этого и нужно отбирать, что ты вытаскиваешь изнутри и как об этом говоришь, а что лишнее. Когда все это – твои переживания и не самые приятные – это довольно непросто.

Ведущие школы – Дина Годер, Александр Родионов и Евгения Жиркова – очень хорошо помогли. Вообще без них, без школы я бы вряд ли сделала этот фильм. Когда школа закончилась (она длилась неделю), у меня была собрана первая версия фильма, и я поняла много нового о своих отношениях с этой историей. Первая версия была больше обо мне, это было больше излияние чувств, а не фильм. Но это было необходимо, чтобы двигаться дальше. 

История о дружбе

 —  Представив на финальном просмотре эту первую версию, я решилась затронуть главное и начала включаться в историю о Наташе, нашей дружбе и наступившей паузе. После этого мы доделывали фильм еще пару месяцев, уже с режиссером Юрием Михайлиным. И это тоже очень важный в создании «Сказки» человек.

Чем дальше я делала фильм, тем больше нужно было копаться в себе, сто раз перебирать эти воспоминания, что оказалось очень тяжело. Но это было необходимо, чтобы выбрать самое важное и собрать в понятную другим форму. Соавторство тут просто спасло, потому что одного моего взгляда просто не хватало. Я была больше «внутри», во многом доверяясь в том, как что понимается и воспринимается со стороны собеседнику. Когда мы пришли к финалу, мы встали перед самым трудным и мучительным вопросом: почему общение в той поездке не состоялось или что ответить на вопрос: «зачем нам общаться?» (вопрос, который задала Александре Кононовой Наташа, когда Кононова вместе с сестрой приехала к ней в декабре 2018 года. — «МБХ медиа»).

Формально ситуация мне более-менее понятна: на Наташу повлияли таким образом, чтобы она целиком отказалась от своего прошлого, чтобы не осталось доброй связи со временем, когда она была с папой, чтобы ею было проще манипулировать и использовать против Дмитриева. Но когда это переносится на живого, знакомого и дорогого тебе человека, понятность рассеивается.

Мне очень трудно представить, что происходит с самой Наташей, что у нее внутри теперь, как все это можно пережить еще и в таком возрасте. Мне ужасно хотелось бы поговорить с ней просто и прямо, увидеть, как она теперь живет, думает, чувствует. Я уверена, что ей нужна помощь, но как это сделать, я не знаю. 

Я не знаю, видела ли Наташа мой фильм. Мне ничего неизвестно. Скорее всего, не видела, мы никак не пересекались с того декабря 2018 года, когда мы с сестрой ездили к ней.

Дело Дмитриева и я 

 —  Мы знакомы с Юрием Дмитриевым с 2013 года, с Наташей – с 2014. Мы с ней стали сразу много общаться и сблизились почти семьями. 

Дело Дмитриева для меня – не гражданский или политический активизм, это личное дело, связанное с близкими мне людьми, поэтому я не могу не участвовать в нем. Не берусь сказать, кому первому пришла в голову идея записи видео в поддержку Юрия Дмитриева. Не думаю, что мне. Но в записи я участвовала. С 2017 года мы сняли довольно много (наверное, около сотни) разных, очень интересных людей, которые высказывались в поддержку Юрия Алексеевича, а потом некоторые из них снимали еще видео, уже сами, без нашего участия, а кто-то приезжал на заседания суда, участвовал в других событиях поддержки. Я думаю, что это прекрасно.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Рамиль Шамсутдинов

Прокуратура утвердила обвинение расстрелявшему сослуживцев в Забайкалье срочнику Шамсутдинову

Следователь согласился разъяснить Ивану Сафронову суть обвинения, но так и не сделал этого