in

Самоликвидирующееся государство и призрак Моторолы

Сотрудники полиции во время задержания участников форума независимых депутатов "Муниципальная Россия"
Сотрудники полиции во время задержания участников форума независимых депутатов "Муниципальная Россия". Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ

У политологов много красивых терминов для обозначения происходящего с Российской Федерацией в последние — нет, даже не годы — месяцы. А я скажу просто — государство пошло вразнос. Попытка физической ликвидации лидера оппозиции, да еще и с применением боевого отравляющего вещества, его арест и срок по сфабрикованному делу — посадили ведь за то, что не умер, и это все понимают, даже те, кому по работе положено рассказывать одновременно и о ничтожестве Навального, и о чудовищной опасности для родины, исходящей от него же, — это все знаки государственной недееспособности, буквально. Государство неспособно работать с оппонентами в легальном поле. Неспособно даже имитировать наличие легального поля. В ходе дискуссии с критиками в качестве главного аргумента предпочитает кастет, как гопник в подворотне. Аргумент, конечно, действенный, кто бы спорил, но его применение как раз и показывает, что перед нами уже не совсем государство.

Иван Давыдов

Политика — убей, а если не получилось убить, то посади. Политику — отмени, объяви преступлением (шумная история с задержанием всех участников съезда независимых муниципальных депутатов в Москве как раз про это). Это все — архаика, откат в прошлое, так теперь не носят. Откатываясь в прошлое, государство и демонстрирует как раз тягу к саморазрушению — никаких других результатов подобными методами достигнуть нельзя.

Но государство не боится и не стесняется последствий, и, словно бы для того, чтобы показать — да, вы не ошиблись, все так, мы боремся против настоящего и будущего, — затевает войну с социальными сетями. 

Тут какое-то странное непонимание элементарных вещей. Устойчивость (любого) режима как раз ведь и обеспечивают разнообразные каналы взаимодействия с обществом. Оппозиция — это выгодно, и делиться с ней компетенциями выгодно — ну, например, потому, что в кризисной ситуации можно перевалить на оппозицию хотя бы часть ответственности за происходящее. Коммуникативная активность граждан — это способ выпустить пар, снять социальное напряжение. И т. п.

Да, оговорюсь: речь здесь о власти, которая озабочена только вопросами самосохранения. Если у власти на повестке общее благо, то тогда и объяснять не приходится, зачем нужны оппозиция или независимые СМИ, это вещь очевидная. Но мы ведь знаем, что у нашей на повестке — исключительно самосохранение и самовоспроизводство.

А вот накрыться бетонным саркофагом, отгородиться от мира и давить внутри любую несанкционированную активность, — это и есть путь самоуничтожения. Ресурсов не хватит, чтобы к каждому приставить охранника, как в знаменитом мультфильме про Масяню, и внутреннее напряжение с неизбежностью разорвет конструкцию, которая сейчас, возможно, кажется ее архитекторам вечной.

Или даже уже не кажется. Глядя на пропагандистов, которые в эфире государственного телеканала рассказывают друг другу, как вождь поймал катившийся по столу карандашик, и задыхаются от восторга, подумаешь невольно: «А ведь им, похоже, страшно. Понимают не хуже нашего, что покатилось государство, обильно дающее им корм, и некому поймать, и некуда деться».

И пока одни любуются карандашиком, другие любуются ценниками в магазинах. А ценник — страшнее любой листовки. Нет на ценнике ни обличений, ни призывов, просто название товара и какие-то цифры. И этого достаточно, чтобы отменить любые восторги и любые разговоры о грандиозных прорывах, геополитических, технологических, экономических и социальных. Давно уже пора ценники внести в реестр экстремистских материалов, который ведет Минюст.

Я, признаюсь, по рабочей необходимости в этот реестр заглядывал. Да и вообще — интересное чтиво, что-то вроде бесконечной абсурдистской поэмы. Тысячи пронумерованных строчек. «62. Информационные материалы статьи “Давайте сдохнем” газеты “PARA BELLUM” № 9 за декабрь 2005 г. (решение Советского районного суда г. Челябинска от 25.09.2007)». «4742. Видеоролик под названием “Автономы: Как сделать трафарет” размещенный Кожевниковым В.С. на Интернет-странице по адресу http:/vkontakte.ru/id51137692 в социальной сети “WWW.VKONTAKTE.RU” (решение Сургутского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры от 01.11.2012)». «5157. Книга под названием “Отчет Русским Богам ветерана Русского Движения”, автора Петра Хомякова, г. Москва, издательский дом “Белые альвы”, 2006 года издания, начинающаяся со словами: “Эту книгу я пишу для себя. Сказанное отнюдь не означает, что автор категорически отказывается от возможности увидеть ее напечатанной…” и заканчивается словам: “… Я молю наших богов только об одном. Чтобы победили вы. С нами бог!” (решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 10.11.2020)».

И так далее, и так далее, и так далее. Чувствуется — кипит работа, не сидят без дела люди, вовлеченные в процесс выявления экстремистских материалов, и много их, наверное, этих людей, но чувствуется здесь также и некоторая недоработка. Как понять из емкого описания в реестре, не наткнулся ли я, скитаясь по сети, на фрагмент, допустим, статьи «Давайте сдохнем» из газеты «PARA BELLUM»? Не прикоснулся ли к запретному? Не в опасности ли я?

Не только я ощущаю здесь недосказанность. В правительстве подготовили законопроект, предполагающий разработку банка данных экстремистских материалов. В дополнение к реестру. Законопроект уже в Думе. Непонятно пока, будет ли банк общедоступным. Хотелось бы, конечно: всякий гражданин РФ должен иметь возможность проверить, не подсовывают ли ему какого экстремизма!

Но есть проблема: если банк сделать открытым, разработчики его и составители окажутся виновными в распространении экстремистских материалов. И сядут. А если не сделать — экстремистские материалы все равно окажутся доступными для неопределенной, но широкой группы лиц — следователей, судей, экспертов. А вслед за составителями сядут и следователи с судьями, распространявшие экстремистские материалы посредством цитирования в делах, экспертных заключениях и приговорах. Через полгода, если не раньше, придется организовывать что-то вроде рекрутского набора, чтобы найти новых следователей, экспертов и судей, которые посадят провинившихся следователей, экспертов, и судей. А через год сядут все и государство само себя доест.

Ладно, пожалуй, шутка затянулась, и я знаю, что доест себя наше государство как-нибудь по-другому. Но тут не важно, как — важно, что доест. Слишком уж энергично двигает челюстями, заваливаясь в дикость. 

И это, кстати, не повод для радости. Странно ждать, что на его месте процветет страна счастливая и свободная. Скорее уж — с учетом того, как долго и старательно здесь сеяли ненависть, — стоит говорить о присоединении России к Донбассу. В идеологическом плане. О возникновении на месте бывшей России бесконечной ДНР. Или кучи маленьких ДНР с маленькими Моторолами. У которых в руках при этом будут вполне настоящие автоматы. Автоматов как раз хватит.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Арина Новосельская

«Ничье личное достоинство оскорблено не было». Глава Крыма отказался увольнять министра культуры за мат

Статуя Фемиды в Москве. Фото: Юрий Белят / «МБХ медиа»

В Перми члена избиркома оштрафовали из-за фальсификаций на досрочных выборах